Моя первая «белая горячка» и ее экстремальное лечение

Гипноз – лучший метод лечения алкогольного делирия

Белая горячка – это алкогольный психоз после длительного запоя.

Горячка – это жар, озноб, повышенная температура тела, часто  с помрачением сознания. А «белая» – это потому, что при токсическом алкогольном психозе лицо чаще бледное в отличие от красного лица при классической горячке инфекционного характера. Хотя бывает и красное лицо.

Типичные признаки белой горячки – через 3-6 дней после длительного запоя нарастает беспокойство, повышается температура тела, наступает помрачение сознания с бредом, галлюцинациями, агрессией, бессонницей. Галлюцинации чаще зрительные, дрожат конечности, пальцы.

Мое первое знакомство с болезнью

Клинический опыт

В конце 90-х годов, примерно в июле, меня попросили проконсультировать пациента на дому и по возможности закодировать его от алкоголизма.

В телефонном разговоре жена пациента указала, что муж готов лечиться и находится в трезвом виде около недели. Я подъехал в ближайший пригород Санкт-Петербурга и обнаружил по указанному адресу шикарный частный особняк с бассейном. Меня встретил охранник и проводил в дом.

Моим пациентом был хозяин дома, мужчина 45 лет небольшого роста и худощавого сложения.

Типичный бизнесмен из бандитской среды, властные и заносчивые манеры, наколки на всем теле.

Он лежал в кровати в трусах, взгляд был насторожен, но в целом  адекватно разговаривал и произвел впечатление довольно умного человека. Неделю не принимал спиртное, но перед этим был двухнедельный запой. По его словам, «плохо спал в последние дни».

При осмотре ничего критического не обнаружилось. Чуть увеличена печень, температура 37,2℃, тремор рук, тяги к спиртному нет, давление и пульс чуть повышены. Словом, обычные остаточные явления абстиненции после прекращения алкоголизации.

Кодировать его было рано, я предложил провести сначала детоксикацию и поставил ему капельницу.

Я обратил внимание на странные волнообразные движения по всему телу мужчины, словно он разминал мышцы.

Глаза его рыскали по всей комнате и походили на встревоженный взгляд взбудораженного зверя, он явно видел то, чего не видел я.

В резинку капельницы были введены необходимые препараты. Затем я набрал в шприц снотворный коктейль, который хотел ввести в конце капельницы.

В комнату к нам зашла жена пациента и пригласила меня на кофе, пока капает раствор. Я согласился и вышел за ней на кухню. Жена рассказала следующее – муж не спит последние дни, за день до моего приезда, вечером, он разговаривал сам с собой, делал стряхивающие движения, как будто что-то скидывал с себя, но утром стал снова вести себя нормально, только был немного возбужден.

Мои сомнения прошли, я понял, что у пациента алкогольный делирий – белая горячка.

Предложил отвезти его в больницу.

Женщина засомневалась, что он согласится. И мы втроем – жена, охранник и я – снова вошли к пациенту. Я сказал ему, что необходима госпитализация в психиатрическую клинику, женщина и охранник меня поддержали.

Мужчине явно не понравилось мое предложение. Он подозрительно посмотрел на меня, потом перевел взгляд на жену и спросил, что я так долго делал на кухне? Причем голос его изменился, стал каким-то хриплым и ломающимся.

Я ответил, что пил кофе, общался, отметил, что у него красивая жена. И, наверное, я зря сказал последнее.

Реакция была неожиданной.

Мужчина вынул иглу из вены, схватил мою разборную стойку с капельницей и швырнул ее в меня. Я еле успел увернуться. Далее он закричал: «Я знаю чем вы там занимались! Захотели меня в “дурку” засунуть и будете развлекаться дальше!»

Его взгляд не сулил мне ничего хорошего.

Он бросился на меня, опрокинув тумбочку по пути и заливая кровью из вены постель на кровати. Охранник, с которым мы зашли вместе в спальню, попытался остановить хозяина, обняв его за плечи. По комплекции охранник был больше меня и хозяина вместе взятых, но хозяин отшвырнул его так, что тот отлетел на несколько метров и ударился о стену. И больше не вставал.

Жена тоже попыталась его остановить, она вцепилась мужу в ноги и закричала: «Паша, остановись! Помогите! Убивают!»

Муж пнул ее ногой и она затихла.

До меня дошло, что это меня спасают. И почувствовал себя зайчиком перед взбесившимся матерым волком и понял, что только быстрые ноги и сноровка могут меня спасти. Пациент успел меня схватить за рубашку, но я вырвался и выбежал из комнаты и из дома, оставив рукав в его руке.

Был чудесный июльский день…

Моя «белая горячка» погналась за мной со страшными угрозами и нецензурными выражениями. Причем этот «экземпляр» был совсем не похож на то, что я видел раньше в клинике. Те алкоголики были в основном тихие, еле передвигали ноги, что-то бормотали себе под нос, иногда что-то выкрикивали.

Мой мозг во время бега отмечал, сколь обширна и разнообразна может быть клиническая картина алкогольного делирия, что в данном случае налицо бред ревности, что помрачение сознания и галлюцинации усиливаются к вечеру, а днем могут стихать и т. д.

Мы пробежали вокруг бассейна 2 круга.

По части силовых возможностей мой пациент, конечно, превосходил меня, но в области беговой подготовки он был явно не лучше, мне удавалось держать дистанцию. Скоро моя «белая горячка» начала отставать и хрипела значительно менее интенсивно: «Убью, докторишка! Стой, все равно догоню! Хуже будет!» – и т. д.

Несколько человек – друзья, другие охранники – пытались его снова остановить, но при столкновении, отлетали как мячики.

Наконец, мой пациент споткнулся и упал.

Пятеро мужиков схватили его за руки и за ноги, пытаясь его успокоить. Я понял, что это, возможно, мой единственный шанс и закричал: «Разогните ему правую руку!»

Я подскочил к пациенту со шприцем, который не выпускал из рук. Вены у него после пробежки вздулись, и я сразу всадил ему в локтевую вену весь шприц. Смесь психотропных препаратов была способна свалить с ног быка, но моя «белая горячка» стряхнула с себя всех мужиков и меня, затем встала, прошла несколько шагов на подгибающихся ногах и рухнула.

Через минуту мой пациент закатил глаза, улыбнулся, захрапел и уснул. Далее я сходил в дом за своим саквояжем с лекарствами, подвесил флакон с раствором на яблоню и закончил капельницу.

Жена к тому времени пришла в сознание, извинилась и попросила все-таки провести сеансы гипноза для мужа. Столько, сколько понадобится. Оказывается, вспышки агрессии и ревности со стороны мужа довели ее до предела, она собиралась разводиться.

Павел проспал сутки, ничего из произошедшего он не помнил. Через несколько дней позвонил сам и попросил провести с ним сеансы гипноза. Я встречался с ним в течение 2 месяцев, напряжение и агрессия ушли полностью, тяга к спиртному тоже исчезла. 

Через 2 года его жена привела ко мне подругу с неврозом с просьбой помочь. Она рассказала о том, что муж полностью поменялся после лечения, ушел из криминального бизнеса, стал гораздо спокойнее, практически не пьет – иногда бокал сухого вина в праздники.

Так состоялось мое первое близкое знакомство с белой горячкой, которое оставило в моей памяти неизгладимое впечатление.

Несколько слов в заключение

Алкогольный делирий, или белая горячка, является финальным проявлением алкогольной зависимости. В последней стадии алкоголизма лечить практически бесполезно, бесперспективно, обычные методики не помогают. Слишком глубоко зашла болезнь.

Однако при желании пациента измениться гипноз действительно может реально помочь.

1 Comment

  • geomineral.ru Posted 10.06.2017 02:33

    Как показывают наблюдения, путь к пьянству начинается с ранних лет. Усвоение алкогольных ритуалов происходит задолго до первого знакомства со спиртным. Маленькие дети, сидя за праздничным столом, играют во взрослых , разливая фруктовый сок по бокалам, а затем с гримасой на лице выпивают детское вино под одобрительный гул родителей и гостей.

Add Comment

Your email address will not be published. Required fields are marked *